28 мая 2017

В сахалинском Чехов-центре показали комедию "Дамский портной"

"Дамский портной" — дело давнее. Жорж Фейдо написал комедию в 1887 году. На тот момент ему было 25 лет, и в пьесе он увековечил впечатления своей молодой нескучной жизни в Париже. Пьеса пережила своего создателя, то и дело ставится в театрах России. По выбору Чехов-центра ее поставил главный режиссер Ростовского-на-Дону академического молодежного театра Михаил Заец.

На программке премьеры стоило бы написать "памяти русского водевиля", которому и Чехов отдал бессмертную дань в свое время ("Медведь", "Свадьба", "Предложение"). Михаил Заец вступился за комедию, которую зритель в массе беззаветно любит и смотрит с упоением, но ставить ее легко и изящно мало кому по силам. Проще сделать какой-то модерновый изыск для театрального фестиваля, "достоевщину", чем дать зрителю возможность посмеяться без всяких подтекстов, потому как большая часть в театр идет для отдохновения, что тоже имеет право на жизнь (касса тому свидетель). Сегодняшняя скудость этого жанра заставляет режиссеров обращаться к заграничной старине, которая уже нуждается в комментариях.

"Дамский портной" написан в пору, когда опера была не столь академическим жанром, как ныне, и музыка плавно перетекала в бал, танцы и флирт, если не сказать больше, со всеми вытекающими. Фейдо написал, а Михаил Заец поставил смешную историю про одного такого любителя оперы, который в пылу разборок с дамами вынужден был прикидываться портным. Поставил "любовные кружева" в пастельных тонах и в темпе "аллегро, как можно более аллегро". Пересказывать сюжет нет смысла, достаточно и фотографий. Художник Алексей Паненков и вовсе назвал его донельзя условной, нереальной ситуацией, ибо в мирной жизни мало кому везет на такое феерическое нагромождение нелепостей и нескладушек из серии "невовремя вошел и не так понял".

Сценограф очень легкими мазками намекает на французские корни богемной "се ля ви". Зеленая стеклянная стена из ромбиков и кубиков, может быть, отсылает к импрессионистам и примитивистам XIX века, к геометрии Эйфелевой башни, на заднем плане проплывают жирафы, носороги из джунглей, которых так любил рисовать фантазер Анри Руссо, французский Пиросмани. В этой волшебной рамке протекает жизнь бонвивана Мулине (Виктор Крахмалев), которому в разноцветных снах являются прекрасные и голосистые (от Монтсеррат Кабалье до рэпа) дамы, местами — доморощенные балерины в хореографии Ильи Александрова, клоуны в колпаках и прочие приметы полусветской жизни. И даже рабочие просцениума, меняющие декорации, таскают мебель во фраках.

"Дамский портной" поставлен на большой сцене, и это позволит побыстрее удовлетворить спрос на спектакль, что никак не удается в случае с малоформатным "Тестостероном". Идет он по три раза кряду каждый месяц, а ажиотажу конца не видно. И если в "Тестостероне" актер Виктор Крахмалев выходит на сцену в одном строю с не менее колоритными товарищами, то в "Дамском портном" он вышел на оперативный простор — и дамы в зале рыдают от восторга, кидают цветы и чепчики. Дам, как не врет статистика, в зале уверенное преимущество на любом спектакле, и их понять можно. Вероятно, доктор из Мулине такой же дрянной, как и портной, но не это главное — обаятельный бирюзово-розовый вральман создан для украшения жизни. Он то и дело влипает со своими бабами, но, как смазанный маслом, выкручивается, и путь его усыпан всякими смешными штучками — то снимает мерки с дамы деревянным метром, то изображает манекен. И ни словечка в простоте, выделывая виртуозные эскапады на диване и столе, только что на люстре не упражняется с дамой, храни бог его подольше от остеохондроза.

Виктор Крахмалев тут первый, главный, неотразимый, лишь бы амплуа шикарного красавчика не прилепилось банным листом к актеру, отравив однообразием дальнейшую карьеру. Владимир Байдалов способен сделать конфетку из любой роли и без слов, но сама по себе роль квартировладельца и простака Бассине вряд ли чем-то обогатила его актерский опыт. В отношении Александра Ли режиссеры идут одним путем, эксплуатируя исключительно внешность. Очень хочется верить, что слуга Этьен с китайским акцентом — не потолок его возможностей. Леонид Всеволодский рисует из своего Обена откровенно гротескную фигуру в черных очках и железных крестах на груди, который ханжески "пасет" свою ветреную супругу (Татьяна Никонова), но при ближайшем рассмотрении тоже не дурак приударить за юбками. Роковая Роза (Ирина Звягинцева) крепко держит на поводке собак и мужчин, особенно маленьких и робких, которые носят ее на руках. Немногочисленные мужчины в зале остро реагировали на выходы Анны Антоновой в роли мадам Эгревиль, знойной змеи в канареечных галифе, которая во имя мира в семье готова камня на камне от зятя не оставить. Маменька грудью становится на защиту нежной доченьки (Алиса Медведева), и каждую ее реплику близко к сердцу принимают те, кому не повезло жить по принципу "лучшая теща — далекая теща"…

Тем не менее жанр действа обозначен как трагикомедия. Трудную жизнь мажора режиссер оценивает как "историю усталого человека, ловеласа, который не может остановиться, вплоть до предынфарктного состояния. Все в него влюбляются, это его крест". Но можно и не копать глубоко, так как молодеческое обаяние команды "Дамского портного" так сильно, что о грустном не слишком думается. Ибо вредно не мечтать о безумии любовных приключений в 25 лет, о которых приятно вспоминать в 45, чтобы к финалу не осталась унылая пустыня по маршруту "дом — работа". Да и театр во многих случаях — пространство "то, чего не может быть", в отличие от жизни. Хотя да, кто-то второй раз ни за какие щи на этот спектакль не пойдет, включая автора. "Ну и хорошо, — оптимистично ответил режиссер. — Каждому овощу свое поле".

А в общем интересное знакомство завязалось. Комедия Фейдо, повторюсь, выбор Чехов-центра, которому нужно зарабатывать на желании веселиться нормальных зрителей, коих почему-то принято называть простыми. А в Ростовском-на-Дону академическом молодежном театре, который Михаил Заец возглавляет последние пять лет, играют еще и Шекспира, Чехова, Барикко, Шмита, Гольдони, Ханоха Левина, Юлия Кима (мюзикл "Бумбараш"). Есть на что положить глаз с учетом перспектив дальнейшего сотрудничества.

PS. Свой первый спектакль Михаил Заец поставил по пьесе Евгения Гришковца "Зима". А поскольку в нем наличествуют персонажи Первый солдат, Второй солдат и Снегурочка, то распространители решили, что это сказка, и радостно продали билеты школам и детским садам. В итоге на премьере зал был полон детей. Артисты были в ужасе, премьера прошла в гробовой тишине. Но по окончании спектакля зрительница лет четырех встала и сказала: "Это было лучшее зрелище, которое я видела в своей жизни".

Марина Ильина, ИА Sakh.com

Поделиться:
САХАЛИНСКИЙ
МЕЖДУНАРОДНЫЙ
ТЕАТРАЛЬНЫЙ ЦЕНТР
им. А.П.ЧЕХОВА
693020, г. Южно-Сахалинск,
Коммунистический пр., 35
E-mail: chekhov-centre@sitcc.ru
(4242) 72-72-80 / 72-72-79
Касса: (4242) 42-52-62 / 30-62-42